За эти семь лет я приезжал в Россию четыре раза. Дважды в Барнаул, один раз в Москву и один в Петербург.
И с каждым разом эти поездки становились для меня все некомфортней. Всё было вроде и знакомо, но всё же не то… вне круга семьи и друзей ничто особо не радовало глаз, а скорее раздражало.
Мое состояние очень точно описывают строки Оксимирона: «Входим в родное антипространство». Вот этим антипространством и стала для меня Россия.
Переломный момент наступил в 2019-ом, когда за один год я посетил Москву, Киев и Барнаул.
Москва мне очень не понравилось. Она вся была пропитана духом самодержавия, историей сосуществования царей и холопов, дичайшего расслоения общества на тварей дрожащих и владельцев бентли.
А вот Киев наоборот. Я там чувствовал себя как дома. Хотя всем было понятно, что я - русский (внезапно, по русскому акценту русского языка), пятый год уже шла война, но было тепло и душевно… Я гулял по Майдану в День Незалежности и не видел ни нациков, ни принижения русских. Просто кучу счастливых гуляющих людей. Причем, счастливых из-за праздника. Я смотрел на них и мне было чертовски обидно, я так им завидовал. Я искренне не понимал: «Как можно так любить свою страну?».
А потом, через две недели, я прилетел Барнаул. Это был такой резкий контраст, что я снова испытал ощущение сюра, как впервые на Кипре, но теперь с негативным оттенком.
Серые дома, угрюмые люди, повсюду какая-то неухоженность, безразличие и постоянное напряжение.
Я вышел из аэропорта и понял, что больше сюда не вернусь. И это было не «фи ваш барнаул гавно, а я такой духовный», а именно понимание того, что у меня просто больше никогда не возникнет желание сюда приехать.
Поэтому через год, после ковида, жена поехала в Барнаул, а я отправился в Норвегию, покорять Тропу Тролля.
Мысль «вернуться в Россию» никогда меня больше не посещала.
Но я еще продолжал как-то участвовать в жизни страны, помогать различным правозащитным фондам, писать какие-то тексты, читать российские новости… то ли по привычке, то ли действительно оставалась какая-то надежда, что желание вернуться - появится. Однажды я приеду, и чувство «я дома» вернётся.
